четверг, 1 марта 2012 г.

Глава 6: Скандальная видеозапись

Электронная версия книги Светланы Логиновой "Бандитский Ида-Вирумаа"

СКАНДАЛЬНАЯ ВИДЕОЗАПИСЬ

Видеопленка стала кульминацией судебного процесса. На ней фигурируют огромные суммы денег и имена, связанные с этими суммами. Князев не был пьян, не читал с листа заранее подготовленный текст. Перед ним на столе лежали листы бумаги, но, похоже, они были заполнены вопросами, составленными Алексеем Максимовым. Николай Князев во время записи вел себя абсолютно спокойно, даже, я бы сказала – вальяжно. Он периодически курил сигарету и слегка усмехался, словно сообщал не компромат, а рассказывал о погоде за окном. При этом сделаю небольшое наблюдение, вытекающее из знакомства с ним: зная, как быстро Николай Князев бледнеет и начинает нервничать и мельтешить, можно смело сказать, что он, дав согласие на участие в видеозаписи, ничуть не волновался.

По всему видно было - он не предполагал, что преступники, обещавшие ему жизнь в обмен на информацию, убьют его. Но, если в доме поведение Князева, в прошлом спецназовца, да и в то время – в мае 2001 года – находившегося в неплохой физической форме, можно было понять, то уж в дальнейшем оно не поддается никакой логике. Ему связали руки, надели на голову мешок, положили в багажник машины рядом со среднеазиатской овчаркой (пусть он не видел ее злобной морды, но ведь слышал же дыхание огромной псины!), а затем со связанными руками и все с тем же мешком на голове повели по тропинке к болоту. И он шел, молча и безропотно. Даже когда услышал фразу Максимова, сказанную им Петрову: «Толкни его в воду», все равно не предпринял даже малейшей попытки к сопротивлению. Что это? Полная моральная индифферентность? Но Князев не из таких. Версия о клофелине, который ему, якобы, залили в рот вместе с джин -тоником, не подтвердилась. Остается предположить, что он был стопроцентно уверен в своей неприкосновенности. Короче, полный, с точки зрения здравомыслящего человека, абсурд. Но именно с точки зрения обычного человека, не чиновника, коим являлся Николай Князев, привыкший к полной безнаказанности за свои поступки и, разумеется, убежденный в неприкосновенности. Сделанную в доме Максимова видеозапись, вероятно, он считал дополнительной гарантией своей неприкосновенности, а все действия тех, кто его захватил, даже приказ Максимова столкнуть его в воду – не более как дурной игрой. Но крупно просчитался! В намерения преступников вовсе не входило оставить Князева в живых.

Во время записи компромата на видеопленку больше всего внимания депутат уделил Валерию Корбу, рассказав, как тот вместе с ним, Николаем Князевым, благоволил во время конкурсов на строительные работы фирмам, которые платили десять процентов от сметной стоимости подряда. Эти десять процентов поровну делили между собой Князев, занимавший с 1997 по конец 2000 года кресло главного специалиста горуправы по строительству, и Корб, перешедший в 1999 году с поста мэра на должность председателя горсобрания.

Князев признался, что за эти годы они с Корбом заработали наличными примерно по шестьсот тысяч крон. Однако, Корб, кроме того, брал «натурой»: строительные фирмы, не имевшие необходимых для расчета десяти процентов, отрабатывали бесплатно на строительстве его дома в Йыхви, стоимость которого Николай Князев оценил примерно в миллион крон. При этом он уточнил, что не все бизнесмены честно соблюдали договоренность о процентах. Нашлись такие, кто кинул Корба и его, Князева. Это - Николай Ерекин, Светлана Иванцова и другие. Практически все называемые Князевым суммы имеют пять нулей.

Хельмут Паабо
Основной фигурой среди близких Валерию Корбу бизнесменов, которым в последние годы достается львиная доля госпоставок, оказался экс-офицер полиции, а ныне бизнесмен Николай Осипенко (Осип). Личность в высшей степени неординарная. Когда-то он был очень хорошим ментом, а потом и полицейским. По словам неплохо знающих его бывших коллег, Николай приехал в Эстонию, фигурально выражаясь, нищим - с одной авоськой вещей и, отработав в полиции много лет, сколотил солидный капитал. Не думайте, что я ошиблась, соединив вместе полицию и бизнес: не уходя с работы из правоохранительных органов, Осипенко начал крутиться в деле, причем, по-крупному. Его бывшие коллеги рассказали мне, как, будучи офицером полиции, Николай Осипенко уже имел торговые точки (киоски), открытые на «тяжким трудом честно заработанные» деньги. Чтобы с его торговыми ларьками ничего не случилось, патрульные по приказу Осипенко обязаны были прокладывать свой дежурный маршрут через киоски.

С целью прикрытия себя со всех сторон и подстраховки от неожиданностей судьбы, Осипенко сделал очень разумный тактический ход: через какие-то делишки (ходят слухи – через «металлический» бизнес), пристегнул к себе тогдашнего руководителя Ида-Вируской префектуры полиции Хельмута Паабо, человека, в отличие от Осипенко, добродушного и бесхитростного. Связка сработала, когда Паабо перешел на работу префектом в Таллиннскую префектуру: он перетащил туда и Осипенко, сделав его комиссаром одного из подразделений полиции. Через некоторое время после того, как Паабо «ушли» из полиции, Осипенко тоже пришлось покинуть свой пост. Не добровольно, конечно.

Но его это не очень волновало, разве только морально - не успел укоренить свой бизнес в Таллинне. Но материально он был в то время уже силен. Торговая империя бывшего комиссара росла, как грибы после дождя. Но, помимо торговли, Николай Осипенко активно начал подгребать под себя и другие сферы деятельности в Кохтла-Ярве, а затем и в Йыхви, в том числе – строительство.

В Кохтла-Ярве его интересы лоббировал Валерий Корб, которому Осипенко помог еще в девяностых годах сесть в кресло мэра. Помог, разумеется, не бескорыстно. Но Валерий Корб явно, как говорят преферансисты, прозаложился, решив принять помощь Осипенко – он бы и так прошел в депутаты горсобрания, потому что был в то время темной лошадкой, парнем с русским именем и эстонской фамилией, обещавшим горожанам, как минимум, земной рай.

Николай Осипенко
delfi.ee
Попав в зависимость от Осипенко, Корб оказался в роли должника и, несмотря на свое, известное лишь в узких кругах, прозвище «Кидала», разорвать порочный круг не сумел, да и не особо стремился к этому, зная, что Осипенко не из той категории, кого можно кинуть. Умный, осторожный, предусмотрительный и всегда улыбающийся Николай Осипенко не позволил бы Корбу выпрыгнуть из своей телеги.

Дальнейшие избирательные компании Валерия Корба тоже получали мощную поддержку со стороны Николая Осипенко и, надо полагать, заключалась эта поддержка не только в моральной, но и в финансовой помощи. Благодаря этому в настоящее время бывший комиссар, по образному выражению верующих, «стоголов и стозев». Он получает от Кохтла-Ярвеского горсобрания практически все, что хочет, в том числе заказы на строительство дорог (поистине золотая жила), уборку улиц, озеленение города (как же был прав покойный ныне Николай Князев, предсказавший, что в сферу интересов Осипенко попадут и кустики с клумбочками!). Осипенко принадлежит расположенный на берегу Чудского озера отель «Суви» - прекрасная «дойная корова», потому что практически все прибывающие в Ида-Вирумаа (не только в Кохтла-Ярве) зарубежные делегации, высокопоставленные политические деятели и иже с ними размещаются в «Суви». Сами они, разумеется, не ведают о том, что за «Суви» стоит поистине гениальная личность, потому что вся ответственность за расселение высоких гостей лежит на муниципальных властях, и они, власти, стараются вовсю. Что и говорить, Осипенко – отличный бизнесмен, сумевший не только сколотить капитал и вложить его в дело, но и наладить контакты с нужными ему людьми, от которых зависит развитие бизнеса.

У Николая Осипенко есть младший брат, который, говорят, давно ударился в религию и отбыл в Америку. Николай Князев упомнил младшенького на видеопленке, откровенно называя его «свадебным генералом», потому что реальную власть в семейном бизнесе держал в своих руках старший, Николай. Князев упомянул во время видеозаписи всех, так или иначе связанных с Осипом, в том числе одного ныне работающего в Ида-Вирумаа полицейского чиновника, который являлся посредником при махинациях с левой водкой и цветным металлом. Однако самые серьезные обвинения с его уст слетают в адрес бывшего полицейского, а ныне бизнесмена Сергея Тульского, которого он обвиняет в убийстве своего компаньона и присвоении денег убитого в размере четырехсот пятидесяти тысяч крон, пущенных на открытие бара. В организации заказного убийства Князев обвиняет и другого бизнесмена – Эльгуджу Копаладзе (о нем уже было сказано выше в связи с бандой Сачуков), партнеры которого были расстреляны в Таллиннском аэропорту.

Звуковой ряд видеокассеты приведен с небольшим купированием междометий и обычной разговорной «тянучки» в виде повторений или несущественных фраз.

Юри Колло, фото 2001 года.
«Я, Князев Николай с 97-го года с марта месяца начал свою работу в Кохтла-Ярвеской горуправе. Привел меня на эту работу Колло Юри, который являлся в то время заместителем мэра города. С 97-го года я пришел работать главным специалистом по строительству. Пришел я как раз в то время, когда заканчивалось строительство объекта под названием «Ледовый холл», которое вела фирма «Метра» (Metra Ehitus) Виктора Румянцева. В это же время, в 97-ом году, наладились отношения с Валерием Корбом. Хотя мы с ним большие друзья и друг друга признаем, но там была проблема во мне лично, потому что я много пил. С 97-го года я с этим делом завязал, поэтому Колло настоял на том, чтобы меня взять на эту работу. В общем, с этим я завязал, поэтому со мной, в принципе, можно было нормально общаться.

В это же время начинались большие работы по ремонту, реновации, реконструкции и строительству в городе. В этом же 1997-ом году город просчитывал бюджет, в следующем брал кредиты. Валерием Корбом был предложен вариант работать со строителями за определенные деньги, за процент. Не столько мы назначали, сколько сами строители, потому что наработки уже были и в Таллинне, и везде. В основном я договаривался всегда на десять процентов от средней стоимости объекта. С 97-го года мы начали работать с нашими строителями как раз по вопросу того, чтобы нам какую-то часть – десять процентов - от сметной стоимости они отдавали. В основном все фирмы строительные платили, но были и такие, которые не платили. Я, работая в горуправе и будучи депутатом, был включен в конкурсную комиссию. Как писала в газете г-жа Варес (директор регионального налогового департамента – авт.), я решал строительные вопросы: какой кому подряд отдать, хотя решение, естественно, было коллегиальным.

Но то, что было по ледовому холлу – хоть «Метра эхитус» и обещала нам, но мы ничего не получили. Когда я пришел на работу, мне такой задачи и не ставили (Князев имеет в виду выбивание денег – авт.). Моей задачей было проверить форму: соответствует ли написанное факту выполненных работ или нет. Где-то порядка 500 тысяч у «Метра» было срезано потому, что у господина Румянцева, который мне до сих пор не звонит видимо из-за этого, были огромные приписки.

Следующий большой объект в нашем городе – это строительство котельной в Ору, сметная стоимость которой была порядка шести миллионов крон. Строила ее фирма «Ноутекс» господина Ерекина. Деньги он хотел получить все сразу, а получил частями. На сегодняшний день ему выплачены все обещанные деньги, а 10%, которые оговаривались в процессе строительства, так нами и не получены.

В те же годы господин Корб приобрел себе домик в Йыхви возле кладбища, на Ристику, 8. Встал вопрос о том, чтобы перестроить этот дом, чтобы можно было в нем жить. Значит, была такая договоренность, чтобы либо деньги в этот дом вкладывают, либо эти деньги на нем отрабатывают. Бывший заместитель Кобра еще по совдеповским временам Петр Федоров – фирма «Комеко эхитус» (Komeko Ehitus – авт.) - этот дом ему и построил, потому что денег мы оттуда не получали, эти деньги складывались из тех десяти процентов, что Федоров ему был должен. Благодаря тому, что Федорову были отданы подряды на ремонт Ахтмеской гимназии, клуба «Горняк», зала в нашей горуправе, дом Корбу и построен.

Следующим вопросом у Корба было строительство бани. Баню ему сложил господин Футиченко, фирма «Гиприон» (Giprion - авт.). То есть, здесь денег мы тоже не получали, они были вложены в строительство бани. Это то, что касается Николаича... Делилось: 50% мне, 50% - ему. Основные деньги, конечно, ушли на строительство его дома.

То, что касается Корба по проектам на сегодняшний день, то он основал проект с американцами по переобучению. С этого проекта - скажем так, то, что я знаю - деньги получают. Работают там люди, которые получают. Порядка 200 тысяч запросто там можно было получить...

Валерий Корб и Юри Колло, фото 2002 года.
Юри Колло... Юри Колло – мэр города и человек, скажем так, который смотрит, естественно, на главного руководителя города - на Корба… По АТП заваруха, которая сейчас есть (АТП - автотранспортное предприятие, в которое городские чиновники по непонятной причине перекачивали из бюджета города миллионы крон, доходя до скандальных историй. Разобраться с акциями предприятия никому из журналистов так и не удалось. Ходили слухи, что часть акций принадлежало лично Юри Колло, но он опроверг это – авт.)... Я спросил у Корба: «В чем тут проблема?». На что Корб ответил, что Колло этим делом занимался изначально, потому, что, еще будучи заммэра, входил в совет АТП. Это его, Колло, вотчина и господина Тамма (руководитель АТП – авт.), поэтому и пусть занимается этим... Из этого я понял, что деньги с АТП может быть Колло и получает, а Корб вроде как не при делах.

С прошлого года, то есть с августа 2000-го года, меня перебросили работать в водоканал, в фирму «Ярве веси» (Jаrve Vesi – авт.), которая уже шла к банкротству. Бросили меня с перспективой в плане того, что уже в те годы был разговор по поводу строительства в нашем городе единых очистных сооружений. Очистные сооружения - ни много, ни мало - 320 миллион крон должны были стоить. Потом стоимость строительства выросла до 350 млн. Перспектива, работая в водоканале (ныне Viru Vesi – авт.) - это получение больших денег через европейские фонды и программы. Здесь вопрос, скорее всего, будет стоять так: проведение конкурса. Будем мы его проводить или кто-то другой, все равно можно заработать на этих подрядах, потому что, даже если придут сюда на работу Таллиннские фирмы, субподряды все равно будут отданы нашим, местным фирмам. И будут спрашивать у местного руководства, кого брать, а кого не брать. И какие деньги платить…

Евгений Соловьёв
Женя Соловьев (в то время вице-мэр Кохтла-Ярвеской горуправы – авт.)... В принципе, новый человек в нашей упряжке. Человек, который, может быть, мало чего решает - что начальство скажет, то он и сделает. Ему сделали в доме № 32 по Ахтмескому шоссе - у Соловьева было прикуплено там полдома – ремонт. Отдали опять же не деньгами, а отремонтировали...

Ремонтировала ему фирма «Комеко эхитус» Петра Федорова и «Сикфорд» Рената Хамидуллина.

То, что касается Рената Хамидуллина (приятель Н. Князева – авт.), с ним я начал очень тесно сотрудничать в 99-ом году, перед выборами, когда стоял вопрос о выдвижении кандидатов в депутаты. Просто подвернулся под руку человек, с которым я когда-то работал в исполкоме. Я ездил с ним во Францию с расчетом на то, что потом из Франции можно будет какие-то европейские деньги сюда вытащить. Город может получить подряд... Поэтому, когда Хамидуллин в 99-м году шел на выборы, я с ним познакомился более тесно, и с 99-го года лоббировал интересы его фирмы. Не бескорыстно, потому что Хамидуллин платил 10% от сметной стоимости и, по большому счету, у нас проблем с получением от него денег не возникало. Правда, мы еще не рассчитались за Ярвескую гимназию - за реновацию бассейна.

Сергея Тульского (бывший сотрудник милиции, ныне – бизнесмен и тренер по кикбоксингу, по слухам спонсировал две предвыборные кампании Валерия Корба. За это последний лоббирует интересы С.Тульского – авт.) я знаю с 98-го года. В то время Ренат Хамидуллин тоже, как и Сергей Тульский, был акционером магазина «Виру». В то же время там работал (Князев имеет в виду - был акционером - авт.) Виталий Шпеньков, бывший работник ОБХСС. Он занимался поставкой и продажей товара, и когда встал вопрос о выходе из акционерки, я знаю, что Шпеньков получил за выход 480 тысяч крон и поехал на свою базу в Паула. Эти 480 тысяч господин Тульский получил, убив Шпенькова. А через полгода Тульский купил бар «Агро», где начал разворачивать свою деятельность (в настоящее время там проводятся бои кикбоксеров, и, как предполагается, отмываются деньги, перечисляемые Кохтла-Ярвеской горуправой на центр по профилактике наркомании, руководимый приятелем Тульского Юрием Салтыковым, бывшим сотрудником ЦКП – авт.).

Копаладзе Эльгуджа, он же – Гоча. Гочу знаю с 80-х годов, когда я работал на стройке... Он работал на 18-ой автобазе шофером. Несколько лет назад он заказал своих партнеров – Эдика и Пашу Чудеснова (см. главу о группировке братьев Сачуков – авт.). Их расстреляли в Таллинне из автоматов, после чего 12 миллионов крон со счета фирмы, владельцами которой были Гоча, Эдик и Паша, исчезли, и 18-ая автобаза вдруг ни с того, ни с сего обанкротилась. А после этого Гоча Копаладзе отстраивает себе в деревне Ярве офис, бар, фирму по продаже автомашин и фирму по продаже дверей и окон. Остальные денежки он вложил в магазин «Калев», где является ма-а-леньким, процентов на восемьдесят, акционером.

С 92-го года, после того, как меня убрали из горуправы при помощи господина Кальмару (экс-мэр Кохтла-Ярве – авт.) я устроился на работу к господину Осипенко-младшему. Работал у него коммерческим директором с господином Дебруком, который меня, в принципе, туда и затащил. Будучи комиссаром, господин Осипенко-старший, оказывал, как он сам говорил, юридические услуги своему младшенькому брату. Витя Осипенко был «свадебным генералом», а всем его делом руководил старший. Будучи комиссаром, он занимался в то время цветным металлом - перепродавал через Наумчука, замечательную личность, работающую в то время в экономической полиции. Занимался и левой водкой, которую таскал из России вместе с Витей Чайкиным и продавал через свой «Феникс» (ресторан в Йыхви, который Осипенко продал впоследствии Николаю Ерекину – авт.), через свои магазинчики – «Орти» и через два киоска. Все это прокручивалось и покрывалось господином Наумчуком, который, естественно, получал за это дело деньги и вовремя сообщал господину Осипенко, когда какие рейды начинались, если это касалось «Феникса» и магазинов. Ну, вроде все по списку...

На сегодняшний день господин Осипенко уже не комиссар. Он называет себя бизнесменом, и вкупе с господином Ерекиным запустил щупальца по всему городу – беспроблемно получает разрешения на установку своих киосков, беспроблемно выигрывает конкурс на уборку города, кинув тем самым фирму «Аида». На сегодняшний день стоит вопрос о том, что, скорее всего, Осипенко получит еще и озеленение города. Тем самым он кинет еще три-четыре фирмы (Николай Князев как в воду смотрел – авт.)

В плане получения права на уборку города ему посодействовал господин Колло. Когда мы собрались, нашей комиссии было предложено рассмотреть этот вариант, и господин Осипенко выиграл конкурс... Скажем так: по большому счету им были представлены такие бумаги, по которым получалось, что конкурс должны были выиграть другие фирмы – «Метра эхититус» и «Аида», но подряд, с подачи господина Колло, на три или пять лет пришлось отдать фирме «N&V» Осипенко, который купил «Мерседесы» для уборки улиц. Что касается озеленения, вопрос этот еще подвешен: фирма «Аида» еще работает, но, скорее всего, придут и скажут, что озеленение надо отдать, и «N&V» выиграет конкурс...

Теперь еще раз, наверное, надо вернуться к вопросу по поводу магазина «Виру». Значит, Хамидуллин был там акционером – это стопроцентная информация. В то время магазином руководила Аня Низамова. Низамова в свое время выходила на французов, и французы поставляли ей, насколько я знаю, всевозможные товары. В том числе и французское вино. С французской стороны этим занимался господин Ксавье. В 1998-ом году или, скорее всего, в 1997-ом Хамидуллин предложил мне съездить во Францию как представителю города. Для пущей важности, то есть для того, чтобы вести переговоры с французской стороной о каком-то бизнесе, связанном с получением денег.

У господина Ксавье во Франции очень большие связи. Дело в том, что его брат сидит в Брюсселе, в секретариате, и когда возникал вопрос о европейских кредитах, то Ксавье говорил, что нет проблем – все эти дела можно сделать у Ксавье (вероятно, речь идет о Ксавье, сидящем в Брюсселе - авт.). Филипп - это родственник, насколько я понял – муж сестры его жены. В 98-ом году мы посетили фирму Филиппа. Филипп занимается в городе Туре обработкой металла. У него хорошая процветающая фирма, да еще благодаря родственным связям с Ксавье. Там еще был Ришар, миллионер. Значит, мы договорились о том, что у Ришара и фирмы Филиппа, может быть, получится бизнес здесь, на эстонской стороне. Филипп приехал в гости к господину Хамидуллину. Хамидуллин провел знакомство Филиппа с мэром города, то есть продемонстрировал, что его, Хамидуллина, здесь знают и уважают, и влегкую пригласил Филиппа к себе на дачу в Пуртсе, откуда три дня не выпускал, склоняя к тому, что он, Хамидуллин – единственный человек в Ида-Вирумаа, который может повлиять на финансовые потоки из Европы и из Франции, если Филипп ему поможет в этом и заявляя, что на этом деле можно заработать немалые деньги.

Эта информация записана мною на видеокассету для того, чтобы обеспечить мою безопасность, безопасность моих родственников и родных не только от недругов моих, но и от друзей, коими я считаю тех людей, о которых я сейчас говорил, потому что жизнь у человека – одна, и не хотелось бы из-за грязных денег ее лишиться.

Света Иванцова... Замечательный представитель фирмы «Ээстирэм» (Eestirem – авт.). Чтобы не было проблем – обращайтесь в «Ээстирэм»! Светлана, когда вы выступали на конкурсе по строительству и реновации нашей Кохтла-Ярвеской больницы, у нас состоялся разговор, что от суммы сметной стоимости нам будут выделено на житье-бытье 10%. Ни для кого не секрет – газеты писали, по телевидению говорили – что стоимость этого объекта 6 миллионов 400 тысяч крон. Деньги вы уже почти все получили, осталось заплатить вам последние 450 тысяч. Но! Вот денежек от вас я до сих пор, хотя объект и заканчивается, не видел. Думаю, пора возвращать долги.

Николай Владимирович (Николай Князев обращается к Ерекину - авт.), когда мы начинали строить орускую котельную и встал вопрос о том, кто будет ее строить, вы нам рекомендовали свою фирму, обещая за полученный немаленький подряд – более 6 миллионов – отстегнуть нам 10%. Котельную вы худобедно построили и денежки мы вам выплатили все. Подчеркиваю – все! Последний платеж был уже после того, как котельная была построена и на меня завели уголовное дело. Но, даже после того, как дело передали в суд, денежек я оттуда – извиняйте! – не получил ни цента. То же самое было и по спортивному холлу (Ахтмеский спортхолл, где Ерекин был субподрядчиком у Вячеслава Шлыка, фирма «Силбет» – авт.) - обещали деньги, но не дали. Думаю, что эта сумма уже выросла до миллиона (намек на исчезнувший миллион крон, о котором будет рассказано ниже - авт.). Пора бы возвращать...

Вова! (Следующий должник, фамилия которого мне не известна – авт.). Я понимаю, что мы с тобой неплохие друзья, что у тебя бывают трудности с деньгами. Но дело в том, что когда вы начинали строить объект, то обещали нам денежки. Объект закончен, деньги вам перечислены. Прошел уже год, но мы их так и получили. Было бы неплохо, если бы вы вернули то, что обещали – это всего-то 60 тысяч.

Апанды! Когда мы начинали с вами отношения – вы помните, что ваша фирма «Ассо» (ASSO - авт.) получала при господине Айне Калмару все подряды в городе, а также помните, насколько трудно было вам пробиться и получить подряд при «нашей» власти – вы ничего не пожалели. Вы даже настроили госпожу Варес для того, чтобы она пришла в комиссию... Вы получили подряды, обещая златые горы. Расценки наши вам были ясны: про 10% от сметной стоимости вы знали и обещали, что заплатите. Но ссылались потом на временные трудности, говорили, что у вас куча подрядов в Таллинне. В общем, денег от фирмы «Ассо» мы так и получили, а это примерно 100 тысяч. Пора бы вернуть!

Господин Абаков! (Николай Абаков – авт.) Когда вы пришли с нами на выборы и выиграли их, то работали в то время в «Ремекси кескус», с которым вы, грубо говоря, разбежались. Вы создали свою фирму «Валко» и для того, чтобы поставить ее на ноги, пришли и попросили дать вам подряд. Чтобы помочь вам подняться и начать нормально жить, мы пошли вам навстречу – дали вам выиграть конкурс по инфекционной больнице. Я уж не говорю, как вы ее построили, но деньги вы все получили, а нам ничего не отдали, Хотелось бы получить, ни много ни мало, 200 тысяч.

Господин Шлык! Помните, то время, когда вы с подачи господина Ерекина выиграли конкурс на строительство Ахтмеского спортхолла? (Вячеславу Шлыку навязали Ерекина в партнеры, но к этому мы вернемся позже – авт.) Да, у нас с вами были проблемы. Да, я вам кое-что срезал с выполнения. Но, тем не менее, как вы там говорили, «кэш» (наличные – авт.) в размере 400 тысяч, которые были обещаны, до сих пор нами не получен. Хотелось бы получить эти денежки. Вы можете, конечно, сказать, что город не доплатил вам, что Ерекин вас кинул, но! Город вам заплатил полностью, а то, что вы там с Ерекиным не разобрались, то это ваши проблемы. А 400 тысяч верните.

Шевкедович! Вопрос об общежитии, который господин Арутюнов (экс-комиссар Кивиылиского отделения полиции – авт.) назвал «последним вагоном». А я говорил - не последний, не надо за него цепляться, потому что ничего, кроме геморроя, эта общага не даст. Этот геморрой и получился, потому что, когда тебе сказали нормальные люди нормально разойтись, почему ты их не послушал? Почему ты не внял здравому смыслу? Теперь не только у тебя, но и у меня, и у всей горуправы из-за этих дрязг проблем выше крыши. Все это вылезет в один прекрасный день и полетят головы – не только моя, но и всех остальных. Поэтому я так думаю: с арендаторами надо разобраться полюбовно. Каждому из них придется дать по 200 тысяч. Деньги у тебя есть... И голова перестанет болеть, и твоя общага останется. Наша общага, хотя она нам на хер не нужна, грубо говоря. Пусть люди спокойно живут, работают и здравствуют. А те вопросы по строительным объектам - я думаю, что они решатся, потому что у нас никогда не было проблем. Я думаю, они не возникнут и сейчас по поводу этих остатков. Поэтому надо полюбовно разобраться с арендаторами и закрыть эту тему.

За все годы, что я работал в горуправе, я заработал левых – если их собрать в кучу, - неправильных денег порядка 600 тысяч... Те же самые деньги получил и господин Корб, потому что мы вместе работали. Помимо этого, господин Корб как начальник сумел еще построить и отделать дом в Йыхви, на Ристику, 8, в который вложено порядка миллиона крон. Все».

Чтобы было понятно, о каком общежитии идет речь в обращении Князева к Шевкедовичу, поясню – о девятиэтажке в Кохтла-Ярве на улице Калеви, 33. В этом здании, купленном за сумму примерно в триста тысяч крон, находились арендаторы, в числе которых числился и магазин Алексея Максимова «Бакарди». К девятиэтажке вплотную примыкал также магазин Валерия Лойдапа. Ныне пристройка лойдаповского магазина превратилась в руины, а бывшее общежитие продано (по моим данным, за полмиллиона крон) одному итальянцу, позарившемуся на пустующее здание и мечтающему, как он признался мне, сделать в бывшем общежитии ресторан, бар, отель. Ему невдомек, что, если бы ресторанно-отельный бизнес был доходным в Кохтла-Ярве, то девятиэтажное здание уже давно сияло бы неоном и зеркальными стеклами окон...

Назад                                          Оглавление                                          Далее

-------------------------------------------------------------------------------------------------------

1 комментарий:

Анонимный комментирует...

виталий шпеньков чуть-чуть по- подробней огромная просьба