четверг, 13 февраля 2014 г.

Гитлеровская машина шпионажа: Схватка на нейтральной территории. - Специальные операции «Иностранных армий Востока», Героизм и измена, , «Красная капелла», Облава на рю де Атребат

продолжение...
Сотрудник службы радиослежения на крыше одного из домов в Париже
пытается запеленговать радиопередатчик французского Сопротивления
Специальные операции «Иностранных армий Востока»

В конце 1941 г. абвер создал специальную часть из бывших красноармейцев под командованием русского белоэмигранта, полковника Сахарова. Базировалась она в Белоруссии, неподалеку от Орши, в местечке под названием Осинторф и официально называлась Экспериментальной организацией Осинторф. Неофициально часть была известна как «Граукопф» (Седая голова) – Сахаров был седым. К концу 1941 г. «Граукопф» имела в своем составе 350–400 человек, а к июлю 1942 г. уже около 3 тысяч. Для пущей важности ее переименовали в Русскую национальную народную армию. РННА Сахарова использовалась против партизан в Белоруссии и Украине. В декабре 1942 г. численность РННА достигла 10 тысяч, но, как обычно, нацисты не оказали этим антикоммунистически настроенным русским должной поддержки в борьбе против общего врага.

В апреле 1942 г. Канарис, желая укрепить отдел «Иностранные армии Востока», приказал шефу отдела абвер III генерал-майору Эккарду фон Бентивеньи организовать части коммандос. Бентивеньи сформировал три группы под кодовым названием «Валли» для проникновения за линию фронта и сбора разведывательной информации о противнике. «Валли-1», под командой генерал-майора Германа Бауна, базировалась под Варшавой. Во главе «Валли-2» (саботаж) стоял майор Зеелигер, а подготовкой «Валли-3» занимался подполковник Хайнц Шмальшегер – их готовили для действий за линией фронта, как коммандос «Бранденбург» в 1941 г.

Летом 1942 г. группы «Валли» проникли за линию фронта в центральном секторе с задачей собрать данные по оборонительным сооружениям к западу от Москвы – эта информация могла стать бесценной в случае, если бы Гитлер решил начать наступление именно там. Поскольку такой вариант представлялся маловероятным – к тому времени оборона советской столицы значительно укрепилась, – «Валли» перебросили южнее, к другим целям. Между тем соперник Канариса, Шелленберг, уже в феврале 1942 г. сформировал отряды коммандос «Цеппелин». Командовал ими штурмбаннфюрер СС Хенгельхаупт, отчитывавшийся напрямую перед полковником ОКВ Шильдкнехтом и СД (то есть Шелленбергом). Некоторое время «Цеппелинами» командовал Отто Скорцени, но эти отряды СС оказались не столь эффективными, как «Валли», в работе за линией фронта.

Один из таких экспериментов бумерангом ударил по СС, когда они создали бригаду «Дружина» под командованием кубанского казака Гиль-Родионова. У «Дружины» складывались хорошие отношения с русским населением, и она провела несколько успешных операций против советских партизан. Однако из-за высокомерия нацистов и подозрительности эсэсовского командования бригада использовалась не в полную силу. Закончилось тем, что «Дружина» 18 августа 1943 г. перешла на сторону Советов, а вермахту пришлось в апреле 1944 г. провести операцию «Весенний праздник» для уничтожения мятежной части.

Бригада SS "Дружина": игра спецслужб или предательство?


Героизм и измена

Узнав из донесений агента Фламинго о приказе Сталина взорвать нефтяные промыслы Грозного и Майкопа, если возникнет угроза захвата их немцами, Гелен решил действовать. Он собрал группу из 25 человек (15 были бывшими советскими военнопленными), которую выбросили с парашютами неподалеку от Грозного с приказом помешать русским и обеспечить безопасность нефтепромыслов до подхода частей 1-й танковой армии. Используя оружие с глушителями, десантники уничтожили оставленных русскими подрывников. (Нефтяные скважины и буровые вышки в районе Моздока (то есть, согласно автору, «неподалеку от Грозного», а Майкоп на Западном Кавказе) были взорваны под личным контролем Меркулова и Судоплатова, когда к ним приблизились немецкие мотоциклисты. – Ред.) Но триумф обернулся трагедией с прибытием германских войск, которые приняли десантников за советских солдат и едва не перестреляли всех.

Другой группе коммандос, роте кавказцев и 36 южнотирольским альпийским стрелкам, повезло меньше. 25 августа 1942 г. их выбросили в горном районе, где уже ждали в засаде советские солдаты. Большинство десантников были убиты еще в воздухе. В расположение германских войск вернулись лишь пятеро. Их выдал неосторожный офицер абвера, рассказавший об этой высадке и некоторых других операциях на Восточном фронте замужней любовнице. Звали ее Милдред Харнак, она была американкой и женой солидного германского чиновника. А еще эта супружеская пара работала на ГРУ, и все откровения молодого офицера передавались в Москву.

«Красная капелла»

Если у Гелена был Фламинго, работавший на него в Кремле, то у его противников из ГРУ были агенты – «Красная капелла», – работавшие в коридорах власти в самом Берлине. Разница заключалась лишь в том, что Фламинго был агентом-одиночкой, тогда как «Красная капелла» представляла собой целую шпионскую сеть. 26 июня, всего лишь через пять дней после начала операции «Барбаросса», станция радиослежения в Кранце, Восточная Пруссия, засекла сигналы передатчика, находящегося в Западной Европе и ведущего радиообмен с Москвой. Передатчик использовал ту же частоту, что и французское Сопротивление. Радиослежением занималась служба, возглавляемая подполковником Гансом Коппом и находившаяся на Маттхайкирхплац в центре Берлина, между штаб-квартирами гестапо и абвера. В начале июля заработал второй передатчик, использовавший похожий на советский код. В сентябре Копп отправил на улицы Берлина три группы радиослежения и выяснил, что советский шпион работает в самом центре германской столицы. Замаскированные под почтовые фургоны, три машины-пеленгатора выявили в городе три места, где работал передатчик. Обнаружив еще один подозрительный передатчик в Бельгии, Копп отправился на Тирпицуфер – поговорить с полковником Роледером, главой Абвера ІІІФ, самого большого и эффективного отдела в Германии. Роледер отправил в Брюссель капитана Гарри Пипа, который для прикрытия открыл в бельгийской столице торговую фирму. Между тем сам Копп послал туда же отделение радиослежения. Передатчик запеленговали в районе Эттербеек. Переодетые в штатское сотрудники абвера патрулировали с «чемоданчиком» улицы и в конце концов засекли передатчик на рю де Атребат.

Капитан абвера Гарри Пип в форме офицера вермахта.
Обычно он выдавал себя за успешного германского
бизнесмена с офисами в Брюсселе.
Облава на рю де Атребат

Для облавы на рю де Атребат, 101 Пип 14 декабря 1941 г. мобилизовал армейское подразделение и патрульных люфтваффе. При попытке скрыться был задержан мужчина, объявивший себя гражданином Уругвая, Карлосом Аламосом, хотя по-французски он говорил с сильным славянским акцентом. Две задержанные вместе с ним женщины были бельгийскими еврейками. Пип заверил их, что он не из гестапо, а из абвера. Успокоенная этим заявлением, одна из женщин, Рита Арнольд, предложила Пипу проверить стены. Была обнаружена «темная» комната-мастерская. Пип ушел, но оставил в доме двух патрульных офицеров люфтваффе, которые позже схватили еще одного советского агента, Давида Ками, но упустили другого. Последний предъявил удостоверение на имя Жана Жильбера и спецпропуск Организации Тодта (ОТ). На самом деле Жан Жильбер был Шефом – главой советской военной разведки в Западной Европе. Другой ошибкой немцев стало то, что они не подождали, пока будут найдены все три передатчика.

В Берлине на помощь Пипу было призвано гестапо в лице Карла Гиринга. Гиринг связал южноамериканца Карлоса Аламоса, пойманного во время облавы, с офицером ГРУ Михаилом Макаровым. Гиринг обосновался в Брюсселе, но пытки Аламоса результата не дали, если не считать признания, что его настоящая фамилия – Макаров. Остальных заключенных отправили в тюрьму СС в Бреендонке, под Брюсселем. Ее комендант встретил их такими словами: «Это ад, и я здесь – дьявол!» Он не преувеличивал. Ками и Макарова подвергли допросу с пристрастием, но они молчали.

С помощью полиции Пип выяснил, что «сапожник» на самом деле есть не кто иной, как Адам Райхман – Адаш, – проходивший обучение в берлинском «аппарате» ГРУ до 1933 г. В феврале 1942 г. передатчики ожили в Берлине и Брюсселе. Берлинский работал короткими сеансами, а вот брюссельский работал часами, что помогло службе перехвата запеленговать его. В 3:00 15 солдат люфтваффе и 10 патрульных отправились на операцию под командой Пипа. Радисту удалось уйти через световой люк, и он бежал по крышам, пока не провалился в другой люк. Ворвавшийся в дом патруль нашел радиста, спрятавшегося под перевернутой ванной. При аресте он оказал сопротивление и был жестоко избит.

Радист – не просто человек, работающий на ключе. Схваченный советский агент оказался не кем иным, как Йоханом Венцелем, германским коммунистом, соратником Эрнста Тельмана, бывшего вождя КПГ, возглавлявшим в Бельгии собственную шпионскую ячейку. Вернувшись в Берлин с сообщениями Венцеля, Пип показал их начальству – Роледеру, фон Бентивеньи и Канарису. Те были шокированы: речь шла о начинающейся операции «Блау», наступлении на Кавказ и Сталинград. Гиринг приказал отправить Венцеля в тюрьму Бреендонк, и после восьми недель пыток и допросов сломленный коммунист согласился работать с нацистами.

Предательство Венцеля принесло богатый урожай коммунистических агентов и других предателей. Доктора Ганса Куммерова, инженера-электрика, с 1932 г. снабжавшего ГРУ информацией о германских достижениях, арестовали вместе с женой после подстроенной встречи с «курьером» на станции «Потсдамерплац». Были арестованы Вильгельм Феллендорфер и Эмма Эйфлер (агенты ГРУ, заброшенные в Восточную Пруссию 16–17 мая 1942 г.) и глава гамбургской секции Коминтерна Бернхард Бастлейн. В Берлине разгромили мастерскую, где изготавливали фальшивые документы, и арестовали целую семью Хюбнер. Венцель оказался ценным двойным агентом; ему сняли квартиру в Брюсселе, где он и продолжал работать теперь уже под контролем гестапо. Холодным январским утром 1943 г. радист оглушил растапливавшего плиту охранника и покинул здание. Немцы лишились ценного источника по «Красной капелле».

В Париже гестапо нагрянуло в дом, где проживала еврейская супружеская пара Херш и Мира Сокол. Радистов, работавших на «Красную капеллу», отправили в Бреендонк. Херш умер в тюрьме от пыток, Мира – в концентрационном лагере. Они выдали лишь одну ценную информацию: дирижер «Красной капеллы» использует псевдоним Жильбер. Ничего другого выбить из супругов не получилось. Прорыва пришлось ждать до июля 1942 г., когда «сапожника», Райхмана, свели с инспектором полиции Матье. Райхман договорился о встрече Матье с советским агентом, которому требовался новый паспорт. Встреча состоялась 30 июля в Королевском ботаническом саду Брюсселя, где Матье и арестовали при передаче документа. Бывший с инспектором высокий блондин заявил, что он – финн, что зовут его Эрик Йернстрем и что он учится в Брюссельском политехническом. Однако при очной ставке с Венцелем выяснилось, что «финн» на самом деле украинец Константин Ефремов, капитан Красной армии, заброшенный в Бельгию еще в 1939 г. для руководства сетью ГРУ. Ефремов не стал запираться и, согласившись сотрудничать с абвером, выдал нескольких агентов «Красной капеллы».

назад                                       Оглавление                                          Далее


-------------------------------------------------------------------------------------------------------

Комментариев нет: