среда, 20 июля 2011 г.

Добыча сланца становится все дороже

Вельо Александров
Председатель правления «Eesti Energia Kaevandused» Вельо Александров подтверждает, что, запрашивая для сланца повышение цены на 26 процентов, предприятие нисколько не блефует, а именно на столько увеличились за последние годы расходы на добычу, сообщает pohjarannik.

- Что случилось, что вы хотите такое резкое 26-процентное повышение цены на сланец? С нынешней ценой начинают заканчиваться деньги?
 
- Поскольку в последнее время наши расходы были огромными, то можно сказать и так. В 2012 году мы прогнозируем уменьшение объема производства, поскольку производительная мощность нашего основного покупателя – Нарвских электростанций, насколько нам известно, показывает уменьшение потребления сланца. Если годовое производство сланца было у нас в прошлом году 17 миллионов тонн, то в следующем оно будет 15 миллионов тонн.

- Все же ходатайство о таком повышении стало неожиданным. «Eesti Energia Kaevandused» в последнее время отличалось особенно хорошими экономическими показателями, зарабатывая сотни миллионов крон прибыли. Как ситуация могла так быстро измениться?

- Это еще раз говорит о том, как много в нашем деле зависит от объемов производства. Если бы продолжали производить 17 миллионов тонн в год, то еще можно было подумать о сохранении прежней цены и в той ситуации, когда расходы взлетают подобно ракете. Выплата на окружающую среду, топливо, металл, резиновые товары – все цены взлетают в воздух. Также есть еще и реальное давление в области повышения зарплат.

Чтобы добыча сланца сохранилась как бизнес, мы должны повышать цены. Для Ида-Вирумаа важно, чтобы сохранялись рабочие места и покупательная способность работников.

- В 2013 году после открытия энергорынка вы не должны будете согласовывать цены в Департаменте конкуренции. Какова же тогда будет на основе вашего анализа цена сланца?

- Это интересный вопрос. Цена будет формироваться по принципам свободного рынка. За этим стоят два разных рынка – рынок электричества и рынок масла. Насчет электричества сказать сейчас сложно, сколько там игроков на рынке и какова часть их рынка.

- Если обычно говорят, что шахтерам хватит работы на десятилетия, то в связи с открытием энергорынка появляется столько неизвестных факторов, что точно вы это утверждать уже не возьметесь?

- Я бы не стал пугать этим людей и выдвигать какие-либо лозунги ни за, ни против этого, потому что ситуация может очень быстро поменяться.

Если профсоюз все время просит повышения зарплат, то я говорил их лидерам, чем все это может закончиться, если не поднять цену на сланец.

- Для Департамента конкуренции это не аргумент, что шахтер хочет получать за свою работу большую зарплату?

- Абсолютно нет. Он смотрит ситуацию на рынке и дает понять, что если мы хотим повысить своим работникам зарплату, то должны сделать это за счет своей коммерческой прибыли.

- Коммерческая прибыль у вас действительно большая – за 9 месяцев прошлого года вы заработали 190 миллионов крон.

- Все относительно, в прошлом году она была такой, а в следующем году с такой ценой мы можем оказаться в убытке. Расходы на рабочую силу всегда надо сравнивать с ситуацией на рынке, а не с интуицией и даже не с положением в других предприятиях концерна. Зарплаты шахтеров следует сравнивать с зарплатами шахтеров, энергетиков – с энергетиками.

Требовать можно, конечно, и принципиально. Но надо смотреть, чтобы это не стало такой победой, когда целый год получают высокую зарплату, а будущее – под большим вопросом.

- Министр экономики Юхан Партс назвал ходатайство «Eesti Energia» о повышении цены игрой на нервах своих клиентов, что может непосредственно перед открытием рынка дать козыри в руки конкурентам. Что вы об этом думаете?

- Я бы не хотел комментировать мнение министра. Вопрос в том, покроем ли мы расходы в интересах продолжения бизнеса или же любой ценой будем избегать неприятных для клиентов решений.

- Если вы предвидите снижение объемов производства, то логично спросить, как это отразится на количестве рабочих мест?

- Я не хотел бы сейчас называть какие-то цифры. Здесь может быть множество вариантов. Возможно, количество мест не изменится, но может уменьшиться реальная зарплата – если меньше производится, то и зарплата ниже.

- Вы запрашиваете 26-процентное повышение цены по принципу «чем больше спросишь, тем больше получишь»?

- Я считаю, что в этом вопросе мы нисколько не обманываем. У нас же есть предписанные собственником требования производительности. Если мы посмотрим на действительный рост различных расходов, то почти во всех областях он был свыше 20 процентов по сравнению с 2009 годом, когда начала действовать нынешняя цена. Если мы закупаем, к примеру, металл, то от поставки к поставке цены все увеличиваются. Резиновые конвейерные ленты подорожали, например, более чем на 40 процентов.

- Что будет, если ваше ценовое ходатайство не удовлетворят в желаемом объеме?

- Есть сценарий, что наше ходатайство вообще не удовлетворят. Тогда в 2012 году у нас будет убытков больше, чем нераспределенной прибыли. Собственник должен будет вложить в предприятие деньги. Но сейчас это – гадание на кофейной гуще.

- Если получите запрашиваемую цену, то сколько в ней предусмотрено прибыли?

- Необходимость инвестиций и объемы у нас сверхвысоки и еще больше растут – создание объединенного склада, шахта «Uus-Kiviõli» и прочее.

- Вы же могли бы инвестировать за счет своей прибыли, но собственник ее забрал?

- Собственник это действительно сделал, деньги на инвестиции мы должны одалживать на рынке.

- А вам не кажется странной ситуация, когда вы зарабатываете приличную прибыль, которую государство как собственник прибирает к рукам, теперь для покрытия расходов на инвестиции вы запрашиваете большую цену, которую в итоге должны будут оплатить потребители?

- Я некомпетентен отвечать на этот вопрос

--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Комментариев нет: